Общественно-политическая сетевая газета Содействия Доступности Правосудия Российской Федерации

22 окт 2017 года воскресенье

Участковые не хотят быть крайними по делу об убийстве шестерых дете

Девять участковых уполномоченных полиции Нижнего Новгорода подали рапорт об увольнении после ареста некоторых их коллег в связи с делом об убийстве шестерых детей. Полицейские потеряли мотивацию к дальнейшей работе и опасаются, что следующими «козлами отпущения» станут они. «Газета.Ru» выяснила, что в действительности арестованным правоохранителям было трудно предотвратить страшное преступление — из-за самой системы работы участковых.

В Нижнем Новгороде участковые уполномоченные начали массово уходить со службы. Уже девять сотрудников этой службы полиции написали рапорты об увольнении, сообщил в понедельник журналистам председатель общественного совета при УМВД Нижнего Новгорода Вадим Гребенщиков. Причиной этого стали уголовные дела о халатности их коллег-полицейских в рамках расследования убийства шести детей.

«Я лично разговаривал с этими участковыми. Основной причиной рапортов об увольнении, по их словам, стал арест их коллег. Мы боимся, как бы не последовала цепная реакция (увольнений). Я общался с участковыми и из других районов города, и у многих есть сомнения: стоит ли продолжать дальше работу в правоохранительных органах…Трое из участковых отстранены от работы и арестованы, девять написали рапорты об отставке.

Сами считайте, сколько человек остается, хватит ли их для работы», — заявил Гребенщиков.

Напомним, 4 августа в Нижнем Новгороде произошло страшное убийство. Местный житель Олег Белов зарезал и расчленил свою мать, беременную супругу и шестерых детей. После того как его задержали, Следственный комитет возбудил уголовное дело и в отношении начальника районного отдела полиции Александра Вольчака, его заместителя Вячеслава Никитина, начальника подразделения Виктора Миллера и участковых уполномоченных Дмитрия Обливина, Владимира Филимонова. По версии следствия, в период с октября 2014 года по июль 2015-го в отдел полиции №5 Управления МВД России по Нижнему Новгороду неоднократно поступали обращения жены Белова о том, что он угрожал членам семьи убийством и избивал их.

Более того, заявления в течение нескольких месяцев не проверялись, а участковые, с согласия их руководителей, отказывались возбуждать уголовное дело, считает следствие. В то же время коллеги обвиненных в халатности полицейских не согласны с их уголовным преследованием.

После беседы с правозащитниками многие участковые, написавшие рапорт, все-таки передумали увольняться.

«Мы успокоили сотрудников, сказали, что постараемся помочь им, чтобы их работа стала более эффективной, что убедим другие органы власти сотрудничать с ними. На данный момент восемь человек забрали рапорты об увольнении, а один, проработавший в МВД более 17 лет, сказал, что однозначно уволится»,

— сказал «Газете.Ru» Гребенщиков. По его словам, во вторник в Нижний Новгород приедет глава СК России Александр Бастрыкин, который проведет прием жителей города.

Гребенщиков подчеркнул, что участковые сталкиваются с объективными трудностями в ходе своей работы, на которые почему-то многие перестали обращать внимание. «Из-за нехватки сотрудников, которая уже существует, участковые постоянно перерабатывают. По нашим нормативам, они должны обслуживать территорию с населением в 2,8–3 тыс. человек. На практике же меньше 4,5 тыс. человек ни у кого из ребят нету», — отметил правозащитник.

Как пояснил «Газете.Ru» председатель Московского профсоюза полиции Михаил Пашкин, аналогичная ситуация есть во всех регионах России и связана она в том числе и с конфликтами различных правоохранительных ведомств, разменной монетой в которых становятся обычные полицейские.

«Допустим, пришла жена, написала заявление на мужа. Юридически это означает, что участковый должен возбудить уголовное дело по статье 119 УК РФ «Угроза убийством» или же отказать в возбуждении этого дела. Если откажет, то ему надо направить уведомление об отказе в прокуратуру, которая должна его утвердить. На практике прокурорские работники зачастую выносят устный отказ, тем самым снимая с себя ответственность за эту ситуацию»,

— сказал Пашкин. По его словам, прокуроры обычно приходят и проверяют уведомления разом, в конце года. В остальное время уведомления об отказе у участковых не принимаются, добавил он.

«И в конкретном уголовном деле я бы прежде всего посмотрел, утвердила ли прокуратура отказные материалы. Если нет, то участковых надо отпустить», — считает Пашкин. Он добавил, что на практике дело по 119-й статье не возбуждается, если подозреваемый не бил свою жертву, а доказать это можно лишь тогда, когда жертва сняла побои в травмпункте.

«Когда я работала дознавателем, зачастую к нам приходили с заявлениями о всякой фигне. Вот, я специально оставила эту выписку — потом детям буду показывать. Полюбуйтесь: «У Марины преступницы нет мужа и она нуждается в мужской развратной ласке. Прошу полицию доставить Марине удовольствие (вр-т)». Орфографию и пунктуацию автора я сохранила. Кроме того, никогда не забуду, как муж с женой поссорились, и мужчина изрезал всю ее одежду — пальто, шубу, шапки. Потом решил помириться с супругой и написал нам заявление о краже со взломом. А по закону мы не можем отказать гражданину в приеме заявления, если там есть хотя бы минимальные признаки преступления, прописанные в Уголовном кодексе», — вспоминает Александра, следователь Главного следственного управления МВД РФ. По ее словам, если участковый принял заявление и не прореагировал на него или же не вынес официальный отказ, его ждет серьезное наказание — вплоть до уголовного преследования.

«У участковых вообще полно так называемых кастрюльных дел: когда люди портят друг другу машины, пишут жалобы на то, что их кто-то оскорбил в подъезде, и так далее. Если он не проведет проверку по этому заявлению, это очень легко вскроется — внутренняя инспекция выяснит это, когда придет контролировать их работу на опорный пункт. А если она не вскроет, это выяснится уже при прокурорской проверке. В лучшем случае полицейского просто уволят»,

— говорит Александра. Она утверждает, что отказаться принимать заявление от гражданина, ссылаясь на его неадекватность, нельзя, так как доказать это тоже непросто. «Если человек явно неадекватен, то надо делать запрос в психоневрологический диспансер на предмет того, состоит или нет он там на учете. А сейчас половина явных психов там не состоят. Вот и идут участковый с дознавателем к бабке, которая жалуется, что ее прослушивают инопланетяне из розеток. А в это время у них на территории кого-то режут или грабят», — говорит Александра.

С коллегой соглашается и Александр Яковенко, бизнесмен, который до 2014 года работал участковым в одном из районов на севере Москвы. «Да, мы не можем отказаться принимать заявления, в том числе — и откровенно бредовые. И сказать человеку «Пошел вон» тоже не можем. Остается один вариант. В случае если понимаешь, что ничего сделать по заявлению не сможешь, просто вежливо и максимально доходчиво разъясняешь человеку, что толку от его обращения к нам не будет. Я так делал чуть ли не в каждом втором случае, особенно это касалось мелких краж, например, телефонов или кошельков. Они все «висяковые», а если мы это не раскроем, то у меня потом будут проблемы», — вспоминает бывший полицейский.

Он уверен, что рядовых участковых, которых заключили в СИЗО или под домашний арест в Нижнем Новгороде, просто сделали «козлами отпущения». «Вот смотрите, как на практике развивается ситуация с заявлением о том, что муж бьет жену. Я это знаю, так как работал в неблагополучном районе, где проживало много наркоманов и алкоголиков. Все эти угрозы или избиения — это дела частного обвинения. Ты выносишь мотивированный отказ женщине просто потому, что закон так устроен, а дальше она, по идее, должна идти в суд с этим материалом. Но практика показывает, что в суд она не идет, люди просто мирятся. И все. В крайнем случае, я знаю, что в других городах, не в Москве, к особо рьяным любителям поколотить свою жену заходили сотрудники полиции в гражданской одежде, давали им хороших тумаков и говорили: «Еще раз тронешь свою бабу или детей — нос сломаю! Однако так тоже можно делать не всегда. Ведь этот мужик может и в службу собственной безопасности МВД заявление подать», — сказал Яковенко.

О ситуации в службе участковых полиции Нижнего Новгорода «Газете.Ru» рассказал на условиях анонимности один из действующих сотрудников правоохранительных органов этого города.

«Почти все полицейские тут твердо уверены: участковых просто сделали крайними. Насколько я знаю, прокуратура признала отказ в возбуждении дела законным. Так что, какие к полицейским претензии? Их проверили надзирающее органы и признали их действия законными»,

— сказал полицейский. Однако, по его словам, проблема реагирования участковыми уполномоченными на заявления граждан стоит гораздо шире: «Сотрудники не успевают собрать нормальный материал по конкретному делу. А требования к возбуждению дела у прокуратуры растут с каждым днем. А не успевают они по одной причине: бумажная работа занимает 90% времени, а то и больше. Даже по самой простой регистрации вроде «котенок залез на дерево, спасите» надо как минимум опросить заявителя, напечатать определение об отказе в возбуждении дела об административном правонарушении, к которому полагается печатать: титульный лист, опись, уведомление заявителя. Потом нести все это на подпись руководству. Судите сами, какой объем бумажной работы необходим для более серьезных ситуаций».

Даже если не принимать во внимание работу по материалам, то после профилактического обхода административного участка надо сделать кучу всего: отразить в рапорте, сколько адресов пройдено, сколько бесед проведено, потом занести эти обновления в паспорта на дома, потом забить все это в электронные таблицы», — перечисляет правоохранитель.

Его коллеги в разных городах добавляют, что зачастую у российского участкового не хватает времени на важнейшую функцию, которая должна помогать раскрывать преступления. «Нет времени обходить территорию, знакомиться с людьми. Кроме чисто «нашей» бумажной работы нас загружают и абсолютно посторонними делами. Например, у меня был случай, когда я был в усилении и сидел в засаде с орудием двое суток. Потом пришел пистолет сдавать. А мне руководство говорит: теперь давай документацию оформляй по поступившим ранее материалам. В итоге я в свой выходной сидел и оформлял», — вспоминает Александр Яковенко.

Однако некоторые полицейские, соглашаясь с тем, что в работе сотрудника МВД есть некоторые трудности, все же призывают не списывать все на занятость уполномоченных и недокомплект сотрудников. «Скажу так,

большая нагрузка на участкового — это некий миф для всех, начиная от нас самих и заканчивая руководством.

Где-то он преувеличен, где-то преуменьшен. Я работаю в отделе, где нас всего шестеро. Только дознавателям мы за полгода направили 37 уголовных дел. Соседний отдел направляет в дознание за полгода всего 12 уголовных дел. Вы просто вдумайтесь в эту разницу. У соседей штат 25 участковых, «земля», то есть обслуживаемая территория, больше, и контингент шире. Вот только уходят они с работы в 6 часов вечера, а мы — в 9 минимум, хотя физически невозможно успеть помочь всем в рабочий день, который оканчивается в 6 часов. У них есть вторые смены и два выходных, у нас нет вторых смен и один выходной. И дело не в том, что мы такие рабы, а в том, что коллектив там подобрался такой «замечательный», масса бездельников есть в органах», — сказал действующий столичный участковый Алексей.

 ИСТОЧНИК : www.gazeta.ru 

| 07 августа 2016 года воскресенье 16:20 | 0

Поделиться

0 комментариев

Чтобы оставить комментарий необходимо авторизоваться или зарегистрироваться
Через социальные сети:

Я